Духовный суррогат


№3, 1996
Александр Савласьев postmaster@predvestnik.freenet.kiev.ua

Тема экспансии духовных суррогатов на постсоветское пространство не сходит с газетных полос и телепередач уже давно. И все бы ничего, если речь шла только о так называемых тоталитарных сектах типа АУМ или "Белого братства", но существует еще один, менее известный аспект этой проблемы. А заключается он в том, что медленно, но уверенно в молодые церкви (прежде всего харизматические) привносятся учения и течения крайне одиозные и способные бросить тень как на них самих, так и на остальные протестантские конфессии. Говорю это не в обвинение, этим самым церквям, поскольку и винить–то их по сути не в чем, и по–моему виной этому лишь отсутствие духовного распознания, которое присуще всему молодому. Однако, чтобы не вести рассуждения на пустом месте, перехожу к конкретным явлениям.

Чтобы не интриговать читателя, скажу что речь в этой статье пойдет о новомодных явлениях типа "смеющегося пробуждения" (это явление также известно под именем "благословение из Торонто", а на Западе как Laughing Revival). Взяв свое начало в одной канадской церкви это явление распространилось по всему миру. Теперь по прошествие почти двух лет, когда это явление пошло на спад, можно делать выводы, основанные не на эмоциях, а фактах. А факты таковы. Стремительному шествию "пробуждения из Торонто" можно только позавидовать. На данный момент оно нашло приверженцев на всех континентах, рост вовлеченных в это мероприятие церквей рос экспоненциально, это явление вызвало широчайшую дискуссию, разброс мнений был огромен: одни называли это "Божьим благословением и помазанием", другие называли это явной ересью.


ИНФОРМАЦИЯ

Феномен, под названием "благословение из Торонто" было впервые зарегистрирован 20 января 1994 года в Торонто, в общине, находящейся неподалеку от аэропорта. Имя пастора общины — Джон Арнот.

Явление характеризуется повальным смехом среди членов общины, плачем, дрожью, падениями на пол, продолжительными судорогами. По словам идеологов этого явления — это ничто иное как благословение свыше, пробуждения, которого давно ждали.

Сообщения о распространении этого явления получены из многих европейских стран, США, Южной Америки.


Я намеренно уделил особое внимание именно "благословению из Торонто" так как оно прекрасно отражает подобные явления в целом. Итак, что же именно происходит в современном христианском мире и чем являются по сути такие явления? Думаю, что в данном случае ситуацию можно сравнить с рынком, который перенасыщен разными товарами и услугами и поэтому время от времени для оживления последнего выбрасываются какие–то новинки (читай разного рода "благословения"). После того как рынок насыщен и этой новинкой, наступает очередь следующей и так далее... Эту участь уже постигла вышеописанное "благословение": если год назад оно являлось центром внимания, то теперь мало кто вспоминает о нем, еще через год о "благословении из Торонто" вообще будет забыто. Наступила очередь следующей новинки — на смену "смеющемуся пробуждению" приходит пробуждение "плачущее" (о его характере можно судить по названию). А из Детройта уже сообщают о пробуждении и исцелениях с использованием благословенной воды... Стоп, кажется нечто подобное у нас уже было. На память приходит телеэксперименты товарища Чумака, заряжающего по утрам водичку для легковерных сограждан, но слава Богу, он никакой теологической основы под свои опыты не подводил.

Проблема заключается в том, что все вышеописанные явления, несмотря на утверждения своих идеологов, есть ничто иное как те самые товары–новинки. Они выходят в свет, производят фурор, приобретают приверженцев и... тихо умирают. Единственное отличие духовных новинок от их материальных собратьев, заключается в том, что на смену старому товару приходит новый и смена проходит безболезненно, духовные же изобретения вызывают разделения и сеют смуту в умах верующих. Стоит ли культивировать подобное у нас? Неужели мало местных сект, поднимающих периодически скандалы. Мало того, того, что подобные явления не способствуют поднятию авторитета церкви в обществе, они бросают тень на нее. Кроме того, подобные вещи вторгаются в сферу духовную, порою калеча души и ломая веру. Пока одни бьются над вопросом, ересь ли это или нет, "благословения" шествуют по миру. Принцип "разделяй и властвуй" безотказно действует и в этом случае. Сея раздор такие явления прочно оседают в некоторых общинах, заменяя собой все — Священное Писание, проповедь, учение. Печально, когда вместе с таким явлением умирает и община.

Обобщая подобные факты, хотелось бы заметить, что такие явления являются следствием жажды многих верующих к мистическому, сверхъестественному. Само желание увидеть или испытать нечто подобное ничего плохого в себе не таит, если... Если это желание не подкреплено принципом "любой ценой". Один из зачинателей "благословения из Торонто" Родни Ховард–Браун как–то сказал: "Я буду лучше членом такой общины, в которой действует дьявол или поклоняются плоти, чем в такой, где ничего не происходит. Пока вообще что–то происходит, никакой роли не играет, от Бога ли, от человека или дьявола оно."* Итак, не важно как и откуда, главное чтобы что–то происходило! Мне кажется, что люди пресытились свободой вероисповедания: жизнь многих общин становится однообразной. Именно из–за этого новые "благословения" становятся необычайно популярны так как кроме внешнего эффекта они еще встряхивают тех, кто уже успел привыкнуть к обыденности.

В конце концов у современной церкви слишком много работы для времяпровождения таким образом. Сидеть часами на стуле и истерически хохотать или кататься по полу, в то время как многие люди еще не слышали Евангелия, когда многие нуждаются в помощи, когда миллионы младенцев убиваются путем аборта — это удовольствие недопустимо дорогое для сегодняшней церкви. Конечно, если кому–то просто хочется разрядиться, то нет ничего худого в том, чтобы похохотать, но возводит это в ранг "помазания Божьего" и привносить в собрания значит строить веру "на песке" как и говорится в новозаветной притче.

Что же можно противопоставить валу этих новомодных феноменов? Думаю, что прежде всего нужно фокусировать свое внимание на Библии и том, что она говорит по поводу подобных явлений. Думаю, что более организованная реакция со стороны церквей и религиозных объединений должна сыграть свою роль. Следует проводить и работу среди тех, кого уже успел привлечь духовный суррогат, помня о том, что есть разница между воинствующим еретиком и ошибающимся. И в любом случае, следует помнить, что объект нашей веры — наш Спаситель — Иисус Христос, Тот, кто предал себя в жертву ради нас.

* "Вера и жизнь" 3, 1995


Из истории

Влияние Святого Духа на человека, в том числе и на его эмоции, было известно практически с самого рождения христианской церкви. В качестве примера, помимо описанных в Новом Завете случаев, можно привести одного из церковных писателей по имени Ерм, который изложил на бумаге свои видения и которого православный богослов П. Флоренский называет “римский харизмат и аскетик 1–го и начала 2–го века”1.

Тот же богослов в своем труде цитирует труд православного святого Макария Великого: “Бывает, когда они (духоносцы) становятся как бы на царском пиру развеселенными, ликуя ликованием и веселием несказанным... Иногда бывают словно во хмелю от пития, возвеселяемые и упоеваемые Духом — во хмелю божественных тайн духовных. Иногда они — как бы в плаче и скорби за род людей и, молясь за целого Адама, поднимают плач и рыдания, возжигаемые любовью Духа к человечеству”2.

Как православие, так и католицизм был богат на духоносцев, харизматов или, как их еще называли, мистиков. Харизматические группы всегда в той или иной степени присутствовали во всех христианских течениях, а один из периодов расцвета мистицизма в католицизме пришелся на Средневековье, давшее миру таких известных деятелей и мистиков как Фома Аквинский и Франциск Ассизский.

Вместе с тем в вышеозначенных христианских объединениях духоносцы всегда были связаны с аскетической практикой, а харизматические проявления — с тяжелым, подчас суровым путем самосовершенствования, на котором каждый из подвижников производил индивидуальную работу над своим сердцем. Как следствие, именно монашеские круги были носителем харизматии.

Протестантское же течение, одним из основателем которого был разочаровавшийся монах Мартин Лютер, в принципе отрицает аскетику как путь к Богу. Это значит, что в харизматических действиях, зачастую массовых, участвуют люди, мысли и чувства которых заняты не только небесным, но и земным — и этот факт, по мнению некоторых, затрудняет оценку таких действий.

В харизматии богословов также тревожит возможность ухода в иррациональность. Как отмечает протестантский писатель К. Генри: “Духовное рождение заново... существенно важно в проповеди Христа... Однако те из нынешних церквей, кто сосредоточен на внутреннем опыте..., склонны отделять его от доктринального наследия, и в богословском плане менее четки, чем основные исторические Церкви”3.

1. П. А. Флоренский, “Столп и утверждение истины”, М., 1990, с. 305.
2. Там же, с. 313.
3. К. Генри, “Христианин среди философов”, М., 1994, с. 15.


© Предвестник
[To Predvestnik Web-page]